Несколько вопросов для счастливых

Хэппиобразование

«Happy55» существуют десять лет. Проект создан Ярославом Борисовым при активном участии всех остальных. За это время вы успели побывать квинтетом, дуэтом, трио и квартетом.  Изначально, в тот  момент, когда группа  появилась, на  какую музыку ориентировались, что хотели миру сказать?

Ярослав: Хотели играть свое – это главное. Первые наши пьесы походили на зарисовки прогноза погоды советского телевидения и были полны наивной радости. Особенно хороша была композиция с очень ясной мелодикой и сомнительным названием «Август». Нашему первому барабанщику она так нравилась, что он только ее и хотел играть. Там все было смешно и понятно.

Первые композиции были плодом коллективного творчества?

Ярослав: Да. Тогда в группе были я, басист Игорь Тиванов, барабанщик Саша Кривохата и флейтист  Алексей Дуда. Потом появился басист Андрей, наш «генерал». Он служил в армии, был майором, намного старше нас. Возился с нами, как с малыми детьми. Ему почему-то очень нравились эти наши музыкальные опыты. И это удивительно.

Как появился в группе барабанщик Александр Битюцких?

Ярослав:  Мы  расстались с нашим первым барабанщиком, но у меня и в мыслях не было, что сложно будет найти замену. Так и случилось - Сашу повстречал буквально через пару дней. На день города пошел посмотреть, кто где играет, и на первой же площадке услышал Сашу с рок-группой. Пять минут послушал. И подумал: «Какой парень-то!»

… и какой?

Ярослав: Хороший… Он очень изобретательно играл. Это был рок а-ля «дрим театр»,  со сложными размерами и композицией, с кучей переходов и так далее. Он играл с группой «Дерсу Узала». И вот от Сашиных барабанов шел настоящий, животный импульс. Тот самый, на который обычно  не обращаешь внимания, когда он присутствует. А когда его нет, то расстраиваешься…



Александр: Я эту репетицию на всю жизнь запомнил! Сразу стало понятно, что все очень свободно, энергично и интересно. Потом я привел басиста Марка Гайдара. Он тогда учился одновременно в университете и музыкальном училище. Сейчас он музыкант и кандидат философских наук. Наш профессор…

У «Happy55» на протяжении нескольких лет лихо менялся состав – вы выступали трио, дуэтом, квинтетом, квартетом. Для вас важен состав музыкантов или готовы играть любым?

Ярослав: Нет, не важен. Важны люди, которые горят осознанным желанием принимать участие во всем этом.

А если таковых  наберется двадцать  человек?

Ярослав: Будет оркестр. Нет, конечно, надо различать желания и возможности. Но если музыкантов будет больше и из этого выйдет что-то дельное, то почему нет? Есть история Жако Пасториуса, величайшего басиста: будучи еще никому неизвестным музыкантом,  он закидывал Джо Завинула, лидера «Weather Report», письмами: «Я лучший басист в мире! Возьмите меня в группу!» Джо Завинул думал, что парень не в себе, пока не услышал, как тот играет. И тогда все стало хорошо… 

Happy55 и все-все-все…

Ярослав: А еще у нас есть группа «Другое дело»...

И это совсем  другое дело?

Ярослав: Ну да. Транк-группа, сочетающая романтизированный панк и утяжеленный транс. С одной стороны эта музыка неразделима с «Happy55», процессы идут взаимопроникающие и параллельные. В одних и тех же головах… С другой стороны, теперь эти песни живут сами по себе.

Зачем понадобился второй проект?

Ярослав: Люблю песни. Люблю простые, красивые и хорошие мелодии. Словами хочется что-то выразить. Хотя музыка и не нуждается в них, все равно хочется петь.

А почему отошли  от традиции петь  на английском, характерной  для групп подобного  плана?

Александр: Петь по-английски – традиция англичан. Не было у нас никакой такой традиции.

Ярослав: Первоначально я большое влияние испытывал со стороны англичан. Но это относилось не столько к текстам, сколько к разнообразию интересных мелодий, которые есть у них. Наша рок-сцена почему-то исключает из себя понятия эстетической красоты мелодии. Это редкое явление, когда хорошим текстам сопутствует интересная музыка.  А я почувствовал в себе силы сделать и то и другое. И по-русски. Есть, кстати, и другая крайность: иногда читаешь тексты  «умных групп» и видишь набор терминов из высшей математики и теологии. Но, посмотри, даже великие поэты использовали язык простой. Вспомни Бродского, который считается поэтом «сложным». Или Маяковского. Да, он занимался словотворчеством и любил придумывать свои слова, но в остальном у него очень простой и выразительный язык. Никаких заумных кренделей, навитых один на другой. Только зерно в его стихах есть великое. Вот так и надо. Меня тяготят бессмысленные словесные зигзаги.  Хочется простой и внятной русской речи, только с глубокой мыслью.



«Другое дело»  - это единственный ваш проект, где вы играете помимо «Happy55»,  или еще с кем-то водитесь?
 
Александр: Я вожусь со всеми. Одно время это было около десяти групп одновременно, а сейчас это «A Legtrick» и «Ловцы снов» . Музыкальные ориентиры «A Legtrick» достаточно четко выражены в сторону брит-попа. Стилистику «Ловцов снов» можно определить как  power-pop – это довольно тяжелая гитарная музыка, очень небанальная, интересная мелодически и гармонически.

Теперь речь пойдет о коронном номере, не побоюсь этого слова, Александа Битюцких! А именно о проекте SASHA BIT jazzmix. Итак, ты берешь старые, но от этого не менее прекрасные джазовые стандарты, добавляешь барабаны, изменяешь ритм…и вся эта старинная красота расцвечивается новыми красками.  А что тебя побудило взяться за такой эксперимент?

Александр: Старые джазовые песни - великолепны! Например, Фрэнк Синатра – какой замечательный голос у него был и как красиво он эти все мелодии пел! Иногда даже прикасаться к этой красоте страшно. Но очень хочется и подать их интересно и показать, как это может звучать. Однажды ночью мне пришла в голову идея: ведь можно  взять что-то из джазовых стандартов и сделать и так и эдак и так вот еще! Я услышал, как это хочу сделать! Два часа лежал, обдумывая все это, потом вскочил и в первую же ночь сделал микс «Summertime». 

Как «Happy55» фестивали делали и что из этого вышло

«Happy55» несколько раз  выступали в роли организаторов фестивалей, как-то: фестиваля альтернативного джаза «Jazz Do It!», памятного и посейчас многим; и «Музэнерго», который столь успешно прошел весной этого года под девизом «Только честная музыка!». Напомню, в этом году у нас были: нью-джазовый и в хорошем смысле слова авангардный квартет из Литвы «InSearch», легендарный фольклорный вокалист Сергей Старостин,  певец из Италии Борис Саволделли, которого в народе быстренько нарекли «итальянским Бобби Макферрином», и, наконец, сами «Happy55».

Что привлекло  в идее фестиваля  «Музэнерго»?

Александр: Отношением главных организаторов к музыкальной составляющей фестиваля. Я имею ввиду джазового журналиста и продюсера Юрия Льноградского и его команду. Они честны в подборе музыки. Я считаю, совершенно правильно ставить лошадь впереди телеги, а не наоборот, что случается со многими именитыми фестивалями и клубами, когда в первую очередь начинают думать о маркетинговых делах. Музыка все же важнее.

Так что такое честная музыка?

Ярослав: Ох, сложный вопрос. Честная! Ха! Музыка ведь только отчасти может быть честной. Это же потусторонний мир, другое измерение. Ему не подходят категории «честности» или «нечестности». Честным может быть только желание человека, творящего музыку, высказаться на сто процентов. Если он выкладывается весь, доставая самое сокровенное  – тогда это честность. Но это слово неуместно в другом смысле: музыка  позволяет человеку внутренне измениться, очиститься, услышать иные миры…

Думаю, не ошибусь, что подлинным открытием «Музэнерго» стал Сергей Старостин. Почему решили пригласить этнического вокалиста на фестиваль импровизационной музыки?

Александр: (улыбается) Это Ярослав придумал.

Ярослав: Старостин – очень русский человек. Обычно под народной песней подразумевают Зыкину или Мордасову. Я ничего против них не имею, но это не фольклор. Вообще, люди, которые стали сверхпопулярны в советское время, во времена цензуры и жесткой диктатуры, вызывают определенные подозрения в плане музыкальной честности. А если говорить о самой музыке, то ладовые гармонические и мелодические соотношения в русском фольклоре гораздо более интересны и разнообразны, чем в этих якобы народных песнях. И еще - какую национальность не возьми, все хорошо знают свой фольклор. Кроме нас. Не знаем, не любим, не ценим. В России сейчас больше кельтов и растаманов, чем в Ирландии на и Ямайке. Так вот,  Старостин – один из немногих, кто возвращает национальную культуру нам самим, родимым.  Ему не в тягость собирать эти песни, ездить к бабушкам, реконструировать и выдавать это всю красоту нам обратно. Он «болен» фольклором. Хорошая болезнь. Лечащая… нас в первую очередь.

Будет ли следующий  «Музэнерго» в  Воронеже? И зачем тебе, музыканту, понадобилось влезать во все эти организаторские дела?

Ярослав: Необходимо, чтобы что-то происходило. Ну, что это такое -  одна «Джазовая провинция» на миллионный город? Помнишь, чем начался фестиваль? «Вас  приветствует музыкальный аналог  лампочки Ильича – фестиваль  «Музэнерго». Так вот, «Музэнерго» как раз та лампочка, которая позволяет разглядеть мировое музыкальное пространство и услышать то, чего здесь еще не было. Именно поэтому у него есть шанс стать одним из самых крупных и полезных в культурном отношении фестивалей. 

Happy55 в регалиях, концертах и аплодисментах

Как так происходит, что вы регулярно попадаете в орбиту джазовых фестивалей, хотя сами себя джазовой группой не считаете, да и по сути ею  не являетесь?

Александр: Ну, не так уж часто нас приглашают… В основном это происходит через тех людей, которым нравится наше творчество, и они нас предлагают организаторам фестивалей. Если скажет такой проверенный  человек, что «Happy55»  – это здорово, то и пригласят. Почему именно на джазовые фестивали? Думаю, потому, что джаз ассоциируется в первую очередь с инструментальной музыкой. Группа «Другое дело», например, будет более уместна на рок-фестивале.

Почему я спросила про джазовые фестивали: для многих джаз почему-то в первую очередь ассоциируется с понятием «импровизация». И вас иногда упрекают в отсутствии этой самой импровизации.

Ярослав: Это ерунда полная. Импровизации у нас вполне достаточно, она просто своеобразна. Наша музыка – это, скажем так, тотальная импровизация. Есть определенный тематический материал, который каждый раз при исполнении обрастает другими нюансами. Но нет импровизационных сольных номеров в композициях, как это «полагается», это да. Что такое  импровизационное соло? Как правило, всегда можно отличить, где человек  импровизирует, а где тематический материал. Чем? Скоростью и не всегда совершенной фразировкой. Или же слышишь набор заученных паттернов, фраз, показывающих, как ловко по канату прыгают. Но техническая оснащенность музыканта – это разве мастерство в подлинном значении слова? Так вот, если в моей музыке присутствует момент соло, я всегда стараюсь сделать так, чтобы в нем был художественный смысл, а не вот это «трям-брям». Я тоже умею играть очень быстро, но мне неинтересно исполнять все эти «Искрометные Потрясающие Соло». В этом плане очень люблю «King Crimson»: у Роберта Фриппа очень яркие соло, они несут в себе такую же глубинную мысль, как и общий тематический материал. А вот этот лягушкин принцип ловко скакать по клавишам – «хто выще бье - той краще грае» - это неинтересно. 



О честной музыке и вкусах Happy55, с которыми не спорят

Саша, вопрос к тебе. Неоднократно приходилось слышать от музыкантов отзывы о тебе, как о высококлассном барабанщике. Народно-музыкантская слава хвостом идет за честностью. Чем отличается хороший барабанщик от посредственного?

Александр: Честностью и отличается. Есть множество барабанщиков с очень хорошей техникой, но слушать их не хочется. Ибо видишь заученный набор приемов и не видишь глубины и смысла. Когда слушаешь барабанщиков, которые играют «много и беспощадно», то появляется вопрос – а думают ли вообще они о музыке? Это плохо. Никого не обманешь. Однако  определенная база, технический уровень должны быть. Я достиг того, что я могу точно сыграть то, что слышу у себя в голове, и воплотить все свои идеи. Вот этот уровень меня устраивает. Но лично для меня музыка в целом гораздо важнее какой бы то ни было техники. Барабаны  – это тоже музыкальный инструмент. А  когда человек стремится покорить публику своим умением крутить палочки, то получается не очень честно. И если мы говорим о честной музыке, то хотелось бы видеть внутреннее мироощущение всех импровизирующих музыкантов.

Твоя фраза о том, что «барабаны – это тоже музыкальный инструмент» поразительно напомнила высказывание маэстро всех и всея барабанов Владимира Тарасова, участника легендарного трио Ганелина – Тарасова – Чекасина. Кто из музыкантов оказал на тебя наибольшее влияние?

Александр: Ох, когда такой вопрос возникает, то теряешься и кого-нибудь забываешь. А что меня привело к ощущению, которое я испытываю в «Happy55»… (задумывается) Сначала это был Билли Мартин из «Medeski Martin & Wood». Его ощущение ритмики и барабанные соло меня очень впечатлили. Потом это был Девид Кинг из трио «The Bad Plus». Прям так по-честному, честнее не бывает, и очень энергично. Еще меня очень сильно впечатляют грувы как таковые – это могут быть бас-гитаристы, пианисты, кто угодно. И музыка, гармонически и мелодически интересная -  та, которую не хочется разделять на «барабан», «саксофон» и «пианино».

Ярослав: Когда я в семнадцать лет слушал композиции «King Crimson», то просто сидел с открытым ртом. Я совершенно не понимал, как сделана эта музыка и из чего.  Сейчас-то все это слышу  и могу сыграть, но восхищения это не отбавляет. Одиннадцать лет я знаю «King Crimson», и они не перестают для меня быть удивительными музыкантами. Тронутыми господним пальцем. Эта музыка глубока, она вобрала в себя тенденции академической музыки и джаза и чего угодно – но получилось нечто волшебное.

Есть ли в джазе музыканты, столь же любимые как «King Crimson»? 

Ярослав: Из джаза самое продвинутое и интересное в плане использования тембров, электроники, звуков, сведения - это, на мой взгляд, альбом «Miles Gurtu» Роберта Майлса  и Трилока Гурту. Послушайте его - и забудьте все, что знали о джазе раньше.  Эта музыка имеет джазовые корни, но звучание и ландшафты звуковые, переплетения совершенно невероятные, свободные и неслыханные. Потрясающая музыка… Еще кто…Телониус Монк, Орнетт Коулман и  еще некоторые. Эти люди обладали яркой индивидуальностью. Гением музыкальным, язык которого отличается от других, между тем, он понятен и восхитителен.

Что такое честная  музыка применительно к «Happy55»?
Ярослав: Один наш знакомый музыкант, наблюдая за нами на концерте, сказал: «Ты всегда так глядишь на пианино, как будто первый раз видишь эти клавиши. А потом только начинаешь играть». Вот так и музыка пишется - как будто в первый раз. Звуковую палитру выскребаешь, ищешь что-то новое... Потому что, используя наработанные методы, вряд ли возможно далеко уйти.

Александр: Я так скажу: музыка «Happy 55» для меня лично - это та музыка, в которой я себя наиболее органично ощущаю. Я нахожусь в ней. Это моя музыка. И мне кажется, такое ощущение музыки - это и есть честность.